Как Россию вытесняют с мирового рынка торговли оружием

Как Россию вытесняют с мирового рынка торговли оружием
Источник: AP 2019

О том, что ждет российскую оборонку — в материале военного обозревателя «Газеты.Ru» Михаила Ходаренка.

Основным источником выручки российского оборонно-промышленного комплекса является государственный оборонный заказ, хотя немало средств в бюджет приходит и за счет экспорта вооружений и техники. Однако в связи со стагнацией, общим состоянием мировой экономики и санкциями этот показатель, хоть и останется стабильным, практически не будет расти.

Россия сейчас находится на втором месте по экспорту оружия с 21% от мирового экспорта, на шестом по расходам на оборону с 3,4% от мировых расходов, на 10-м по расходам на оборону в ВВП (3,9% от ВВП).

Последние несколько лет доля расходов на национальную оборону снижается как по отношению к общим расходам федерального бюджета, так и к ВВП. В ближайшие годы этот тренд сохранится. После 2022 года ожидается сопоставимая динамика: расходы на оборону стабилизируются на уровне 15,5% от общих расходов федерального бюджета и будут составлять 2,6% от ВВП.

При этом в 2018 году расходы стран мира на оборону, по данным SIPRI, достигли $1,8 трлн, что составляет 2,1% от мирового ВВП.

Лидеры по доле военных расходов — США — 36,4%, Китай — 14%, Саудовская Аравия — 3,8%, Индия — 3,7%, Франция — 3,6%, Россия — 3,4%.

Расходы стран-членов НАТО составляют 54,1%.

Доля ОПК в ВВП России составляет 3%. Шесть ведущих холдингов в стране контролируют 83% рынка: Ростех — 42%, Концерн ВКО «Алмаз-Антей» — 14%, ОСК — 9%, Роскосмос — 8%, Тактическое ракетное вооружение — 5%; Росатом — 5%

Основным источником выручки российского оборонно-промышленного комплекса остается государственный оборонный заказ — 48%. При этом значительную часть средств приносят экспорт вооружений (31%) и гражданская продукция (21%). То есть влияние экспорта вооружений и техники на состояние отечественного ОПК более чем существенно.

В период с 1992 по 1998 год российский экспорт вооружений колебался в объеме от $2,3 млрд до $3,5 млрд.

«Хотя сегодня этот уровень российского экспорта оружия в районе $2 млрд кажется сравнительно небольшим, но надо помнить, что это все-таки доллар четвертьвековой давности, то есть он был тогда более тяжеловесный. Наконец, не стоит забывать, что эти результаты были достигнуты при очень высокой политической и экономической нестабильности в России того времени», — пояснил «Газете.Ru» заместитель директора Центра стратегий и технологий Константин Макиенко.

Минимальный уровень российского экспорта оружия был зафиксирован в 1994 году, напоминает эксперт. Это яркое свидетельство политической и экономической нестабильности в России в 1993 году, которая напрямую повлияло на экспорт вооружения и военной техники.

В 1999—2013 годы отмечался период интенсивного роста объемов экспорта вооружений и военной техники — до $15,7 млрд.

«Здесь следует обратить внимание, насколько рост экспорта совпадает с общим ростом экономики в России того периода», — замечает Константин Макиенко. По его словам, в период между 1999 и 2008 годом «жизнь шла вверх».

Однако в 2014—2018 годах произошла стагнация экспорта вооружений и военной техники.

«И здесь более чем заметно, как экономический кризис и стагнационные явления в российской экономике накладываются на экспорт оружия», — отметил Константин Макиенко. По его словам, 2013 год — это год достижения абсолютного максимума в экспорте вооружения, военной техники, а дальше он начинает колебаться в районе цифры в $15 млрд. Причем номинальная стагнация в реальности с учетом инфляции означает падение.

Среди причин стагнации в первую очередь можно назвать «индийскую паузу» (отсутствие крупных контрактов между РФ и Индией в период между 2012 годом и октябрем 2018 года), а также потерю рынков Венесуэлы, Ирана, Ливии, Сирии.

«Кроме того, сказался низкий уровень цен на нефть. Помимо всего прочего, произошло “уплотнение” конкурентной среды. На мировом рынке оружия появились новые влиятельные игроки — Южная Корея, КНР, Турция. Наконец, сказались западные санкции», — перечислил Макиенко.

Октябрь 2018 года ознаменовался «возвращением Индии». Был заключен контракт на поставку ЗРС С-400 «Триумф» стоимостью более $5 млрд. В этом плане стоит также упомянуть о контракте на поставку Индии трех фрегатов класса «Тальвар» — «Тег», «Таркаш» и «Триканд» стоимостью $1,5 млрд, а также лизинг субмарины со специальной энергетической установкой.

Вместе с тем в экспорте российского оружия стоит учитывать и новые стандарты рынка вооружений и военной техники. К примеру, в авиационном сегменте рынка доминирующими предложениями являются следующие модели — F-16 block 70, F-18E/F, F-15SA/QA, Rafale, Typhoon, Gripen E/F, F-35. Один из современных технологических стандартов, предъявляемых к этим машинам — наличие радара с активной фазированной решеткой (АФАР).

Российские предложения в этом сегменте — Су-30СМ, Су-35, МиГ-29/35 (в будущем — Су-57Э).

Однако наши машины несколько отстают от мирового технологического стандарта.

Отечественные истребители оснащены радаром с пассивной фазированной решеткой (ПФАР) или даже щелевыми антенными решетками. Это серьезно снижает наши конкурентные преимущества.

Или же обратимся к противотанковым ракетным комплексам. Доминирующие предложения на этом рынке — ПТРК Javelin, Spike, MMP. Технологический стандарт в этом случае — ПТРК третьего поколения, реализующие принцип «выстрелил и забыл».

Россия же продвигает на рынок ПТРК второго поколения «Корнет-Э» и «Корнет-М» с лазерным наведением.

Похожая ситуация с неатомными подводными лодками. На этом рынке доминируют французские ДЭПЛ Scorpen и немецкие Type 212/214. Они оснащены воздухонезависимыми энергетическими установками. Наша ДЭПЛ проекта 636 такой установкой пока не обладает.

Что касается стран — покупателей российского вооружения, то их можно в настоящее время разделить на три группы: те, что увеличивают военный бюджет и наращивают импорт оружия — ОАЭ, Катар, Лаос, Мьянма, Вьетнам, Филиппины, Казахстан, Белоруссия; те, которые сокращают военный бюджет, но наращивают импорт техники и оружия — Ангола, Египет; а также увеличивающие военный бюджет, однако имеющие отстающую динамику импорта — Китай, Индия, Турция, Ирак, Алжир, Индонезия, Азербайджан, Бангладеш, Шри-Ланка.

К долгосрочным взаимоотношениям в сфере ВТС с Россией относятся Китай, Индия, Ирак, Алжир, Азербайджан, Вьетнам, Казахстан, Белоруссия, Египет. К новым и потенциальным покупателям можно отнести Индонезию, Турцию, Бангладеш, Шри-Ланку, Анголу, Филиппины, Саудовскую Аравию.

На экспорте российского вооружения и военной техники в обозримом будущем в значительной степени будут сказываться разного рода негативные факторы и риски. В первую очередь, это, конечно, действие закона CAATSA (Countering America’s Adversaries Through Sanctions Act, «О противодействии неприятелям Америки через санкции»), подписанного президентом США Дональдом Трампом 2 августа 2017 года, а также разного рода другие санкционные меры, принимаемые коллективным Западом.

Не лучшим образом на нашем экспорте отразится и общая динамика мировой экономики, не дающая пока особых оснований для оптимизма.

Однако самая большая опасность — продолжающееся погружение России в технологическую периферию и общая экономическая стагнация государства.

С учетом всех этих обстоятельств в обозримый срок (примерно до 2027 года) ежегодный объем экспорта вооружения, военной и специальной техники останется стабильным — порядка $15,5−16 млрд. Основой подобного прогноза является высокая обеспеченность российского ОПК заказами: Рособоронэкспорт нарастил портфель заказов до $50 млрд, а с учетом независимых поставщиков — до $55 млрд, следует из официального пресс-релиза Рособоронэкспорта от 1 ноября 2019 года. При этом в 2019 году Рособоронэкспорт уже смог поставить продукцию в 43 страны мира на сумму более $11 млрд и подписать более 800 контрактных документов на будущие поставки.

Чтобы резко переломить ситуацию с российским экспортом вооружения и военной техники в сторону увеличения, стоит, вероятно, предлагать на мировой рынок субстратегические системы. К примеру, на пленарном заседании клуба «Валдай» президент РФ Владимир Путин рассказал, что Россия помогает Китаю создать национальную систему предупреждения о ракетном нападении (СПРН). По его словам, такая система кардинальным образом повысит обороноспособность КНР, так как сейчас СПРН имеют только США и Россия. Вместе с тем есть все основания полагать, что не только Пекин заинтересован в создании СПРН с помощью России.

По всей видимости, Москве стоит выйти из РКРТ (режима контроля за распространением ракетных технологий). Как известно, РКРТ призван ограничить распространение ракет, беспилотных летательных аппаратов (БЛА) и связанных с ними технологий, предназначенных для создания систем, способных доставлять полезный груз массой 500 кг и более на расстояние не менее 300 км, а также систем, предназначенных для доставки к цели.

Однако потенциальных покупателей российского оружия гораздо больше интересуют системы с качественно иной дальностью стрельбы. К примеру, ДЭПЛ проекта 636 в экспортном исполнении, оснащенная комплексом «Калибр-ПЛ», обладает дальностью стрельбы 300 км. Если бы эта субмарина могла поражать объекты гипотетического противника на дальности в 1,5 тыс. км, то это, можно не сомневаться, существенно изменило бы ситуацию на рынке неатомных подводных лодок.

Есть и еще один возможный путь увеличения экспорта российского оружия — с помощью лизинга.

К примеру, Россия и Индия подписали контракт на лизинг атомной подводной лодки проекта 971 «Щука-Б» с поставкой в 2025 году. Также будет подписан контракт по продлению действующего лизинга АПЛ К-152 «Нерпа» (INS Chakra-II).

Помимо этого, России следует максимально активизировать программы промышленного сотрудничества с зарубежными странами, заключающиеся в развертывании производства вооружения и военной техники на их национальной территории.

Все это должно позволить выйти из затянувшейся стагнации в сфере экспорта оружия.

Михаил Ходаренок — военный обозреватель «Газеты.Ru».

news.mail.ru

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

один + три =